Поиск по автору:

Сценарий рекламного ролика:
Очередь в парижский гей–клуб.
У гомика, стоящего в очереди звонит телефон, он его достаёт — это Apple iPhone 16 – и начинает нежно ворковать со своим любимым...
Тут у стоящего за ним звонит телефон – тоже Apple iPhone 16, он переключается на видео и тоже начинает нежно ворковать по нему.
Так по очереди звонят мобильники у всех, кто стоит в этой очереди, у всех – Apple iPhone 16.
Тут мобила звонит у последнего. Тот достаёт телефон – конечно же Apple iPhone 16 и слышится голос за кадром:
– Даже у последнего пидора есть Apple iPhone 16!

Заходит русский в таллинский бар и заказывет кружку пива.
Бармен по-английски :
- Please 7 euros.
Русский дает 6 евро и начинает пить пиво.
Бармен повторяет :
- Beer costs 7 euros.
Русский в полный игнор и продолжает пить.
Бармен раздраженно уже по-русски:
- За пиво 7 евро.
Русский протягивает 1 евро:
- Я так и знал, что за один евро ты и русский язык вспомнишь!

- Кругом одни пидорасы
- Угу, ведь все ругаются - вокруг засилье пидорасов и ЛГБТ... А ведь просто - все правительство и чиновники - одно сплошное ЛГБТ - Лодыри, Грабители, Бюрократы, Тупицы

Два мужика сидят на кухне, пьют чай. За стенкой у соседей ругань, вопли, звон бьющейся посуды... Один другого берет нежно за руку и говорит: - Вот видишь, до чего доводят смешанные браки...

Он было хорошо сложен,
но рука все равно торчала из чемодана...

Внучка хоронила дедушку. Ей сообщают, что деду, как ветерану, второй венок положен бесплатно. И показывают на самый чахлый и задрипанный венок самого затрапезного вида.
— Какую надпись на ленте делать?
— Петру Ивановичу от родного государства.
— Вы что издеваетесь?
— От кого венок, того и надо на ленте указывать. А если текст измените, я на вас жалобу напишу.

Когда золотая рыбка увидела Максима Галкина, то тихо сказала:
- Иди....у твоей старухи уже все есть!

Не моё.

Алла Захарова

В древнем Риме основной силой государства была армия. И служили в этой армии все граждане Рима. Если ты не служишь или не работаешь на армию Рима, то ты не гражданин Рима и не римлянин, соответственно. Вот и вся система Римского государства.
Римская армия, в свою очередь, состояла из легионов, легионы из когорт, когорты из центурий, центурии из манипул. Отсюда и понятие "манипулировать". Легион состоял из 5 когорт, когорта из 10 центурий, центурия из 10 манипул, манипула из 10 легионеров.
Исходя из этого, можно рассчитать численный состав легиона - это 5.000 воинов. Воины внутри легиона разделялись на новичков, обученных, опытных, ветеранов и элиту.
Новички составляли обычно первую когорту, во второй когорте сражались воины, побывавшие в сражении, в третьей когорте сражались воины, побывавшие в нескольких сражениях, в четвёртой когорте сражались воины, за плечами которых целые кампании. И, наконец, пятая когорта или, по-другому, "непобедимая когорта" или "последняя тысяча".
Эта когорта состояла из самых опытных воинов, воинов, за плечами которых были не только компании, а целые войны, и вступала в бой эта когорта в самый решающий момент схватки и именно она решала исход сражения.
Эта когорта никогда не отступала без приказа - она побеждала противника или погибала! Потому она и называлась "непобедимой", т.к. её нельзя было победить. Её можно было только уничтожить.
А уничтожив последнюю когорту легиона - противник уничтожал весь легион, т.к. основной костяк легиона - это именно те воины, которые и были хранителями орла легиона. Так вот, именно воины последней когорты легиона и назывались в древнем Риме интеллигентами.
Почему же эти воины назывались интеллигентами, т.е. "понимающими"?
А очень просто. Этим людям не надо было ничего объяснять, они сами всё знали и понимали, что им делать, и когда делать. Им не надо было объяснять как построиться черепахой; им не надо было объяснять когда поднимать щит, а когда нет; им не надо объяснять, как разомкнуть строй и, как его сомкнуть, им не надо объяснять когда им надо достать гладий, а когда работать пилумом.
Эти воины сами всё знали, всё понимали, и именно поэтому их называли понимающими, т.е. интеллигентами.
И именно в этих воинах была сокрушающая мощь Рима. Из этих воинов набиралась преторианская гвардия и когорты сената. Быть интеллигентом, то есть, воином последней когорты, считали за честь для себя патриции, сенаторы, трибуны, цензоры, преторы и т.д.
То есть, быть воином последней когорты - значит быть профессионалом в военном деле высочайшего класса, быть достойным плечом к плечу сражаться рядом с лучшими людьми Рима и это значит быть самому - представителем лучших людей Рима.
Интеллигенция - это становой хребет Римской Империи. Интеллигенция - это скелет римского общества. Интеллигенция - это то, на чём стоял Рим.

Жил-был отличный стрелок. Попадал в монету за километр.
Король устроил состязания по стрельбе. Главный приз — мешок золота.
Король лично держал монету в вытянутой руке — не дай бог промахнуться — голова с плеч.
Стрелок натянул тетиву, а от волнения ослеп, руки трясутся...
Выпустил стрелу.
Стрела полетела прямиком королю в голову.
— Как в сраную тыкву! – засмеялся наследник престола и подарил стрелку два мешка золота.

ТОЛЬКО У РУССКИХ ЕСТЬ

старый баян, оно же солдатская байка, оно же копипаста хз откуда- ибо много где встречается

Мало кому известный факт:

В любом месте Средней Азии, появление русского военного лагеря, буквально за несколько недель оставляло местных жителей без овчарок (предков нынешних алабаев, кстати).
Именно этого срока хватало, чтобы все собаки, охраняющие отары в окрестностях воинской части, оказывались в русском лагере на правах сторожей - там, где их где регулярно кормят(!), гладят(!) и, главное, любят(!).

Именно поэтому не известно ни одного случая, чтобы ночью местным "партизанам" удалось удачно подкрасться и напасть на русский лагерь - ночных "визитёров" собаки рвали насмерть. (Это не словесный оборот, это буквально.)

Более того, известен случай когда несколько десятков таких экс-овчарок буквально разогнали боевой порядок нескольких сотен туркменской кавалерии раньше, чем они успели напасть на русский лагерь. И это было днём.

Надо сказать, что русских поначалу удивляла такая ненависть собак к своим бывшим хозяевам. Потом перестала, ибо русские увидели, что местные со своими собаками общались исключительно пинками, камнями да палками, а на любого, кто додумался хоть раз покормить свою овчарку, посмотрели бы как на идиота (а кем ещё надо быть, что бы дать пищу харамному зверю?!...). Понятное дело, что при таком обращении не то, что собака, а и хомячок хозяина возненавидит.

Надо сказать, что местные овцеводы рано или поздно приходили к мысли, что свою собаку (собак) надо у русских забрать, ибо экономические потери были явные и большие:

Во-первых - отары без собачьего присмотра разбегались (со всеми последствиями отсюда вытекающими);

Во-вторых - вместо убежавшей собаки, до того работавшей бесплатно и безъедно, приходилось нанимать чабана, работающего за деньги и харчи. И хотя труд чабана в Средней Азии был невероятно дёшев, но тем не менее это были совершенно непредусмотренные и ненужные затраты (часто и так у совсем небогатых людей).

И вот в один прекрасный (или когда как) день, к командиру русской части солдаты приводили пересилившего страх местного, и тот русскому офицеру озвучивал деловое предложение: "Возвращайте мне мою собаку (собак) или заплатите за неё (них)!.." Причём суммы всегда назывались совершенно запредельные - собака шла по цене минимум верблюда.

На что коварный русский отвечал:

- Хочешь забрать?.. Да ради бога!.. Забирай. Эй, покажите ему собак и пусть хоть всех их забирает!

К тому времени о том, что местный пришёл забирать свою собаку, обычно знал весь лагерь и смотреть на бесплатный цирк сбегались все, кто не был занят на срочных работах.

Местному показывали стаю собак: "Вон они, бери любую ...".
И он шёл к ним с палкой в одной руке и верёвкой в другой, не чувствуя никакого подвоха.

А подвох был - к тому времени у собачьей стаи уже чётко был выработал условный рефлекс, что любой местный без сопровождения хотя бы одного русского солдата, на границе лагеря или на его территории, должен атаковаться без какой-либо команды и предварительного облаивания.

Много ли тебе поможет палка, если на тебя одновременно и со всех сторон бросается один-два десятка злющих псов, со средним весом 1,5 пуда каждый (а отдельные экземпляры и потяжелее)?

В общем, к тому времени, когда наши солдаты, всласть насмеявшись, отгоняли собак, местный уже бывал капитально искусан или подран.

Да, грубо, нетолерантно и совсем не по-вегетариански, но что было, то было - времена были тяжёлые, игрушки были железные, жизнь солдатская была скушна и тосклива, поэтому развлекались солдатики как могли.

Ну, а после нескольких таких случаев, желающие вернуть себе собаку среди местных как-то переводились.

Молодой парень в кафе пьет кофе и смотрит на красивую девушку за
соседним столиком. Наконец решает подойти:
- Девушка, а можно к вам присесть?
Девушка на все кафе:
- ДА НЕ БУДУ Я С ТОБОЙ СПАТЬ!!!
Люди заоборачивались заулыбались. Парень покраснев возвращается к своему
столику. Тут к нему подсаживается эта же девушка
- Вы, конечно, извините, но дело в том что я психолог и пишу дисертацию
на тему “Поведение разных типов людей в неадекватных ситуациях".
Парень, внезапно, на все кафе:
- ЧТО?! ДВЕСТИ БАКСОВ?!

Журналистке CNN как-то рассказали про одного очень старого еврея, который вот уже многие-многие годы каждый день, по два раза на дню ходит молиться к Стене Плача. Она решила побеседовать с ним. И когда она пришла к Стене Плача, она сразу увидела его, медленно идущего маленькими старческими шажками к святому месту.
Около 45 минут она ждала, пока старик окончит свою молитву, и, когда он повернулся и медленно, опираясь на палку, пошёл с площади, она подошла к нему, чтобы взять у него интервью.
— Простите, сэр, меня зовут Ребекка Смит, я из CNN. Как вас зовут?
— Моисей Файнберг, — ответил он.
— Скажите, сэр, сколько лет вы уже ходите сюда, к Стене Плача, молиться?
— Да уже более 50 лет, не меньше.
— 50 лет! Это потрясающе! А скажите, что вы просите у бога?
— Я прошу мира между христианами, евреями и мусульманами. Чтобы не было войн и ненависти между людьми. Молюсь, чтобы дети наши в безопасности выросли в людей, любящих друг друга и отвечающих за свои поступки. Я прошу у Бога, чтобы политики всегда говорили правду и ставили интересы народа выше собственных.
— И какие у вас ощущения после 50 лет просьб?
— Ощущение, что я говорю со стеной!