Предупреждение: у нас есть цензура и предварительный отбор публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт.18+
Рассказчик: Максим Камерер
По убыванию: %, гг., S ; По возрастанию: %, гг., S
Став коробошником, маслопуп обретает солидность, достоинство, обстоятельность и убежденность в собственном совершенстве. Выражается это в том, что пролетарий (мюжик по блатному) приобретает повадки законника. А именно: не признается в упоротом косяке никогда. -Ты разъем воткнул? -Да! Ха! Коннечно! Я-да что б не воткнул! Да я 10 лет втыкал, втыкаю и буду втыкать! -Точно воткнул? -Зуб даю! Мамой клянусь! Сукайбуду! -Снимай поддон! -Но… -Снимай, блядь, поддон, Я СКАЗАЛ! Снимаем. Разьем висит. -Ну? -Ээээ он сам выскочил! -Из защелки? Обиженно сопит. Сказать, что проебался? Да ни в жизнь! И так во всем. Любой косяк, в который коробошника тычут харей это наглый выпад в сторону его величия. Провокация , имеющая цель опорочить его честь в глазах общественности. Таким образом, хозяин коробочного автосервиса должен иметь навык ниспровергателя царизьмы. Тираноборца. А именно непрерывно свергать монаршьих особ. Иначе там короны намертво к бошкам прирастают. Измываться надо изобретательно, не пользоваться штампами, проявлять фантазию и творческое начало. Ибо шкуры там дубовые. Много раз упомянутый заботливый садизм : крайне необходимая черта руководителя.
Иногда коробошник мутирует, лезет в гидроблок, читает литературу, возится, моет, чистит, сверлит и (о чудо!) -гидроблок из нерабочего становится рабочим.
С этой поры маслопуп приобретает знаменитую габсбургскую нижнюю губу и переходит в состояние садху. Совершенного. Любые наезды он теперь воспринимает с усмешкой Будды. Все. Он познал дзен. И похер , если из его гидроблоков половина не едет, а половина тех, что едет , делают это хуево. Все. Колесо сансары назад не провернуть. Достигшего самантхи из нее не вытряхнуть. Одновременно с обретением сатори, просветленный осознает , что более на этой бренной земле ничто недостойно его внимания. И потому садится в синюю ракету и улетает в космос. Причем, экспедиции становятся все чаще и чаще. На последней стадии развития маслопуп мутирует в людена и посещает бренное сущее только эпизодически , из ностальгических соображений. Потом исчезает в неведомых просторах космоса. Иногда , через годы, ты можешь найти совершенного бабаджи облеванным в канаве. Где на него ссыт грустная дворняга. Ошибкой будет думать, что небеса отвергли падшего ангела-нет! То, что валяется в говнах лишь бренная оболочка сверхчеловека, тогда как его идеальный Дух давно парит с равными в сверкающем эфире. Недоступном нам, смертным.
Закономерности сии сбоев не ведают на моей памяти. Поэтому задача сервисного мироеда : обеспечивать ротацию и вовремя набирать личинок. Ибо цикл неумолим. От ушастого птушника, до канавного варана. Ом мани падме хум.
"Общался со оставшимся в строю старшим поколением. Им трудно со мной. Они провели лучшие годы своей жизни между дьяволом и пропастью, прижимаясь к дьяволу, чтобы не упасть в пропасть, или падая в пропасть, чтобы не прижиматься к дьяволу. А тут я ангелом светленьким сверху прилетаю, чтобы оценивать их жизни. А они не продавали взбитые сливки в развес, раскладывая их в кружевные коробочки под альпийской голубизной. Они другим всю жизнь промышляли. Они своими заусенцами могут и сейчас с меня шкуру снять. Им меня принять трудно. Они смотрят на меня. "Понимаешь, Джон", - говорят они взглядом, - "когда к нам прилетал такой же как и ты в 52-м году, мы предприняли кое-какие действия, по итогам которым суд решал: сколько тысяч ударов палкой получат только свидетели этих действий..Что уж тут про остальных-то участников говорить? Как-то так, что ли...Не знаем, как это получше тебе обрисовать. Улетал бы ты, родимый".
Мне с моими младшими легче, конечно. Я им прямо говорю через запертую дверь: обиду на вас не держу, поэтому платить вам не буду. Логика в этой конструкции хромает, но им и этого достаточно. Им смысл не очень важен. Они заворожены интонацией и ритмом. Я же в это время топором в косяк хреначу. Старшее поколение - для меня загадка. А младшее - для меня каша."