Поиск по автору:

Флюиды добра и оптимизма.
Гуляла дама с кошечкой на руках. Кошечка была очень милая, а дама совсем красивая. Дама была ещё, по слухам, и самая добрая. Потому она взяла и отпустила кошечку погулять на мягкую травку газона. Кошечка была чрезвычайно игривая, с бантиком розовым, и потому случайно выпрыгнула на дорожку машинную.
И тут откуда ни возьмись, видимо, из-за угла, появилась жуткая машина противная. Визг тормозов, огонь, дым и в целом тарарам. Водитель сразу улетел куда-то в рай. Машина в хлам.
В общем, всё закончилось как всегда замечательно и даже более чем хорошо.
Кошечка была ещё и невероятно удачливой, и потому извернулась и выпрыгнула из-под колёс автомобиля в сторону. И потому осталась совершенно живой. Вот так! Дама сразу же подбежала к ней и обняла её, а ещё немного пожурила, ведь она так испугалась за неё. Как это мило! Флюиды добра и оптимизма! Флюиды добра и оптимизма!

Еврореволюционный французский шухер. ✊ Отреставрированный гимн анархистов. 😁

Споём же мы песню под громы ударов,
Под взрывы и пули, под пламя пожаров,
Под знаменем чёрным беспощадной борьбы,
Под звуки набата призывной трубы.

Разрушайте же, братья, дворцы и квартиры,
Сбивайте оковы, взрывайте сортиры,
Довольно покорной и рабской любви,
Мы президента Макрона утопим в мочи.

Проснувшись, восстала народная воля
На стоны коммуны, на выстрел Авроры,
На вопли о мести французских людей,
Зачахших под гнётом буржуев и их палачей.

Их много без счёта, нуждою разбитых,
Кривых и убогих и вовсе забытых,
Служивших свободе, и — о правда тебе!
И павших с круассаном в неравной борьбе!

Их стоны витают под небом Парижа,
Их стоны-призывы как рокот стихии.
Звучат над землёй и в какой-то халупе пустой
И нас призывают на доблестный бой.

Споём же мы эту песню под громы фанфаров,
Под взрывы петардов и пламя пожаров
Под знаменем чёрным беспощадной борьбы
Под звуки гитары и старой трубы!...

Любой застой — это период непосредственной подготовки к предсмертной агонии государства.
Ну не знаю, док, вот я в этом случае предпочитаю использовать ректальные свечи.

Подслушанный монолог.
Вы мне не поверите, но все и всегда всё время и постоянно мне врут. И все ваши весы, и все ваши зеркала вместе с вашими фотографиями. Я два раза на весы сегодня стояла, ну разве я столько вешу!? Это как минимум есть диверсия, если не сказать больше!
А отражение? А отражение явно не помещается в явно очередное бракованное зеркало. Я уж не говорю про фотографии, там всегда и почему-то получается кто угодно, но не я! Вот сейчас пролезу в эту чрезмерно узкую дверь и пойду, на всех вас жаловаться.

В уголке, где иногда молится Трамп, вместо иконы весит зеркало. Ну а под ним — первая добытая им стодолларовая купюра и смит-вессон.

Увидел как-то случайно наш несравненный самостийный богатырь, как настырно к наивным дояркам пристаёт любвеобильный бык, а пастух растерялся и отчего-то молчит. Вот тогда он и взревел нечеловеческим голосом и бросился, сотрясая землю, на помощь.
Но не оценили ни нашего несравненного богатыря, ни безбашенного быка эти злые доярки. Быстро разбежались кто куда, чего-то истошно крича, эти неблагодарные бледные поганки. Только пастух Васильич отчего-то остался, дрожа. Только, увы, пастух Васильич немного испугался, обосрался, не успев сбежать. Но ничего, это фигня! Он всё же согласился, практически без уговоров, на своё, без сомнения, счастливое свидание. Только попросил, если можно, аккуратно отпустить его на землю и, пожалуйста, без быка, пожалуйста.
Тут-то и наглый любвеобильный бык получил заслуженно по своим рогам. А у Васильича наконец-то появилась долгожданная, хоть и не традиционная, но семья. А доярки? А что доярки!? Пусть теперь страдают без богатыря и мужика!

Вся президентская жизнь Трампа — это фееричный брейк-данс слона в посудной, заросшей паутиной лавке.

Кто не стоял в настоящей народной очереди с кипящими безмерно страстями, тот не знает своего народа!
Короче, тут главное — не сдохнуть и совсем не исчезнуть, канув в Лету, случайно уйдя в туалет.

Охота.
Не помню я, какого дня и числа и года, если честно. Но решили мы с друзьями, сидя и чего-то празднуя за столом, что пора, понимаешь. Пора на охоту идти. И не на кого попало, а на самого медведя. Так как старый потрёпанный коврик, висящий на стене, совсем не внушал ни страха, ни уважения. А новый, ну, из медведя, хоть бурого, хоть белого, но уж точно будет внушать и то и другое. Белый бы, конечно, лучше, но он пачкается быстро, да и поди догони белого. Уж очень, по слухам, он быстро бегает, но а бурый вроде пожиже будет, да и шкура греет наверняка меньше. Ну да ладно, по ходу охоты решим, кого брать!
Собрались мы спозаранку и где-то после обеда тронулись. Как настоящие охотники, взяли два ящика водки и закусь, что в это время в холодильнике нашлось. Здраво рассудив, для смертоубийства взяли лопату, перочинный нож, ну и, разумеется, палочки для шашлыка. Я бы взял для этого будущего коврика ещё чего-нибудь, ну хотя бы ружьё. Но оно было случайно потеряно ещё, наверное, в позапрошлый год, в неравной схватке с зайцами. Знатные были зайцы, жаль, что не поймали.
Но в целом хорошо то, что и сами остались вполне и вроде бы даже живы. А если честно, жуткие были звери, еле отбились. Пока за ними гнались, всё здоровье потеряли вместе с удочками и сачками, а также с многими другими вещами. Особливо, конечно, жалко бутыль самогона, хорошо хоть почти пустая была, но всё равно жаль. А когда эти злодеи засаду нам из-за угла устроили, совсем поплохело. Но повезло, обделались и в том числе картечью по особо мягкому месту. Зато ноги и остальные части тела мы унесли, конечно, но всё равно до сих пор обидно.
Ружьё, конечно, тоже жалко, но жизнь безусловно важнее.
А в этот раз всё было совсем по-другому. Нам, настоящим мужикам-охотникам, вне всяких сомнений, должно было повести.
И мы пошли, а точнее поехали на электричке, так как моя машина отчего-то сломалась при выезде из гаража, а другим жёны не дали с утра и даже технику для такого благородного дела взять. Но хорошо хоть не пешком, денег на электричку вполне хватило. Но нести на себе всё, что нами было взято и крайне необходимо для предстоящей битвы, сил практически не было. И потому из крайней рачительности и экономии сил было частично употреблено по пути.
Не буду вас утомлять нашими тостами и непревзойдённым юмором, но доехали мы куда-то уже вечером. Лес был густой, а нас оставалось семеро, и это включая какую-то женщину с двумя детьми, неизвестно чего ожидающую, и преблудного пса, играющего с какой-то не в меру возбуждённою вороною. Остальные, кажется, уже слегли, ещё до предстоящей битвы. Возможно, укатили куда-то дальше в бескрайнюю даль на электричке. Оставив нас одних на поле битвы на станции без букв. Мы вдвоём помялись для приличия, и я с лопатой в обнимку двинулся змейкой, качаясь, в этот густой и сумрачный лес. Не помню, что было дальше, но утром, видимо, после эпичного сражения с как минимум двумя каким-то грызли, меня в кустах у деревни «Черемшицы» нашёл какой-то добрый человек. Лопата была сломана и погрызана как минимум в двух местах, но я не сдался (но мне так кажется). Выглядел я, конечно, тоже не очень, побитый, злой, небритый и где-то далеко за тридцать. Но домой я всё же добрался, как и друзья. Почти четыре мушкетёра, правда, без подвесок и вообще добычи и выглядели как четыре бомжа, но ведь это не главное, друзья!? Главное это приключения и добрая жена! А за медведем ещё сходим, успеется. Тогда ему уж точно не уйти, хана мерзавцу! Вы согласны!?

С детства Красную шапочку все убеждали, что бабушка — это, конечно, хорошо, но пирожки нужны и другим тоже. Шапочка пыталась доказывать, что бабушка у неё очень больна. А ей говорили: «А кто нынче здоровый?» И вообще, догоняя, объясняли, что нужно делиться, закон такой есть суровый. А когда шапочку схватил серый волк, ей охотники через окно объяснили, что ничего, пожуёт и отпустит! Он такой только с виду злой.
Вот так на Украине пришёл к власти волк. А охотники!? А охотники сбежали в соседний европейский лес.

Старый смешной, наверное, анекдот.
Изя Моисеевич дольше всех на свадьбе веселился, хлопал и кричал даже громче всех: «Горько!». А в конце, когда стали собираться для возможного ухода со свадьбы, закатил весьма продолжительную и очень трогательную речь о любви к ближнему, к брачующимся, ну и так далее.
Но в конце вместо благодарностей и аплодисментов услышал от Бориса Израилевича, отца невесты, такое: «Изя, хватит сотрясать воздух. Лучше помоги финансами молодым. Ну хотя бы дай сто рублей».
В ответ же Изя неподдельно возмутился и сказал: «Какие сто рублей? Мне с прошлой свадьбы вашей племянницы пятьдесят не вернули. Я уж не говорю о процентах!»

Эпическая экспрессия патологоанатома.😳
Вот гляньте, как бестактно и уныло
Сей ранней утренней порой
Застыли грозною толпой мертвецы.
Ах, вы говорите, что они, похоже, вроде ещё живы?
А вы?! А вы и вовсе и не с ними,
А проходили мимо?! Как мило!
Но это, мой голубчик, лишь пока!
А это кто тут такой уж прыткий,
Мой друг любезный?
Стоит весь, понимаешь, загадочный такой,
Сверкает глазиками наш сердечный,
Почти весь в гипсе, с биркой на ноге.
А всё туда же.
В этот ранний, очень странный час
Вопреки судьбе-злодейке и вообще всему на свете
Нам рожицы попутно и злорадно строя,
Сжимая ректальный градусник во рту.
Как у него всё это получается, вот не пойму.
Смельчак какой, ну на это он горазд, наш герой.
Увы! Но это всё напрасно, зря,
Я уверяю вас!
Грешно вот так за эту жизнь унылую цепляться,
Опять чего-то там вот так мычать, нехорошо плеваться,
Последний раз, почти что у могилы, пытаться убегать и всё ругаться что есть силы.
Да ещё так некрасиво и невнятно.
Санитары, санитары!!! Эй ты, сестричка!
Поставьте скорее ещё и клизму Верочка ему!
Да ту самую большую, с чем-то очень подозрительным и неприятным,
Чтобы не было ему так скучно лежать в бесплатно выделенном гробу!
Зажрались, вот ведь неблагодарный!
Да-а-а, а вы? Да вы! Чего так задёргались!
Забавно пуча большие глазки.
Раз уж припёрлись, так держитесь, хотя бы за подтяжки.
Поверьте! Здесь нет моей вины
Такая жизнь, увы!
Все они, бедолаги, как и вы, обречены
Безусловно и давно
Порой и самого рождения
Застыли они на краю могилы
Пока в их жалком, хилом и в целом тщедушном теле
Остаются хоть какие-нибудь ничтожные силы
Они всё тащутся и тащутся толпою оголтелой
По ходу ожидая воскресенье на свою беду
К бедному несчастному врачу
А это?! А это всё ему надо! Вот не пойму?!....

Смешной стишок, наверное. 🫩
Почему после десяти вечера рука сама по себе тянется к дрели? Неужели у нас такая в квартире, в стране и в целом на земле атмосфера?
О, это зубодробительный треш и веселье!
Это словно, словно звуки адской свирели,
Особенно ласкает наш слух в воскресенье.
Я слушал этот замечательный концерт,
Иногда даже лёжа и от чего-то изредка подпрыгивая в постели.
В самых интересных моментах, когда в мозг проникала игла,
Я плакал от счастья, вот так бы всегда!
А вместо аплодисментов подло стучал им в ответ,
От переполнявшего счастья краснея и пуская вязкую слюну,
Ну и заодно, в конце концов, вместо занавеса выключил им свет.
Потом затаился, услышав наконец-то в ответ на мой мат тишину.
Нет, ну так невозможно, пойду-ка и я тоже хотя бы немного и чуть-чуть посверлю.
Ночь на исходе, и терпеть не могу!
Вот почему рука произвольно, то и дело после десяти, тянется к дрели!?

Театральное. Из письма: «Будь ты хоть сто раз Гамлетом, но вот зачем ты, негодяй, задушил Офелию! Ах, какой ты подлец! Жду тебя. Твоя Дездемоночка».
А в это время свирепый Отелло ожидал кого-то, лёжа в английской постели, беспощадно сжимая подушку в своих мускулистых тёмных руках. Как он узнал, ну не знаю, но Гамлет, улыбаясь, лежал где-то рядом.

Всякий неучтённый полёт в армии, особенно в строю, кончается неизбежным приземлением. Хоть и причиной этого незапланированного происшествия мог послужить вполне реальный сапог кого-то неизвестного нам персонажа, но результат всё равно для всех очевиден. Моральное падение одного субъекта и недолгий полёт второго неминуемо вызывает не только нездоровый смех всего коллектива, но и вполне вытекающую отсюда трудовую повинность для всего потенциально дружного подразделения.
Отсюда следует вывод: лучше красить, чем курить траву!

Что такое невезение? Женский взгляд. СССР.
Собралась прыгать на парашюте. Всё собрала, дважды проверила. Сначала из-за чёрной кошки случайно опоздала, потом не хотели пускать в самолёт. Затем, немного поскандалив, всё же проникла в салон. Ну тут выяснилось, что не на тот рейс. Опять поскандалила, и меня с моим рюкзаком выкинули из самолёта. Пока летела, поняла, что всё-таки немного погорячилась. Надо было подождать посадки, а уж потом ругаться, и ещё к тому же перепутала рюкзак. В этом оказались консервы и другая мелочь для праздничного пикника. Иронично, во время падения пыталась утешать себя, одновременно периодически ругаясь и чего-то задорно крича. Осознав неизбежность, перед приземлением решила, ну что хотя б от голода уж точно пока не помру. Но тут вспомнила, что забыла консервный нож, и тут, и тут я совсем расстроилась...

Фёдоровна, а Фёдоровна, ты чо с ведром спать ложишься, аль твой муженёк более тебе не мил? Да ты чего, Сергеевна, это я вчера во сне целую поляну грибов видела, а собирать некуда. Вот я и подготовилась!
Муж Фёдоровны: «Ну и дура ты, пять десятков, а всё дура! С ведром она! Мешок надо брать, да смотри не дырявый!»
Жена Лариса Фёдоровна: «Может и дура, раз за тебя вышла. А сам-то, сам-то чего в койку ружьё понёс?»
Муж неохотно и тихо: «Так я тоже кое-кого вчера видел».
Жена Лариса Фёдоровна: «Это кого же?»
Муж: «Да был один такой, твой бывший хахаль, помнишь! Как он нас познакомил? Вот теперь он у меня за всё ответит!»

Все перепетии на неоднозначной дороге нашей судьбы надо воспринимать всего лишь как очередные испытания нашей вечно мечущейся души. Здесь важно то, что, проходя по этому, возможно, излишне трудному пути, не потерять главное, то, что ты испытываешь.

Человек — это творческий продукт серийного производства. И потому критические ошибки всё время нарастают в нём с постоянной прогрессией.
Вроде сказал что-то умное, но чувствую себя почему-то дурак дураком. Значит, не всё потеряно.
Чем дальше в лес, тем больше дров.
Осталось лишь где-то раздобыть топор и не заблудиться в нём.

Сегодня праздник у страны и у меня.
Первое апреля — день радости и счастья,
Ведь в это время всё и все наши пути-дороги — это точно полная фигня.
Прощайте все якоря и тормоза.
Пусть светит солнце, прочь ненастье!
Так что поздравляю себя и вас с нашим профессиональным праздником, друзья!

На постаменте молча стояли трое.
Внушая страх и неудержимое почтение.
Все подумали: что за великие герои?
А присмотревшись, узнали вроде,
Что это любимые наши три толстяка,
Три титана борьбы с волками,
Ниф-Ниф, Нуф-Нуф и Я.

Эпическая драма, революционная трагедия.
Последний акт.
Чапаев душит Анку, застав её чёрт знает где, в неглиже и с чужим револьвером.
А под постелью дрожит, сжимая зубами пустую кобуру, ординарец Петька в чепчике белом.
Чапаев же, беспощадно и всё сильнее сжимая шею бедную, будто у буржуазии, кричит: «Читала ли Анка перед сном последнюю речь товарища Ленина?!»
А в ответ, Анка лишь только синхронно вращает глазами и чего-то хрипит. А Петька в это время в ужасе крестится и в кальсоны потихоньку журчит.
А дальше закрывается красный занавес. И бедный Йорик, в полосатой тельняшке, грустно смотрит в зал и многозначительно молчит. Пролетарско-крестьянский андеграунд, однако! Финиш.

Хочешь вырасти, хотя бы чуть-чуть стать выше? Ударься как можно сильней макушкой головы. И будь уверен, что обязательно подрастешь, хоть и на уровень появившейся вдруг шишки.
Только просьба не увлекаться, а то начнёшь подозрительно шататься, пускать прикольно слюни, моргать искрясь и всё время улыбаться.
Но зато уж первая проблема, мой экспериментатор бедный, сразу же и непременно отпадёт.

Лежу как-то на Багамах на пляжу, который месяц отдыхаю и оттягиваюсь.
А тут возьми и на этом ровном нерусском пляже, вдруг-таки и одолела меня ни с того ни с сего, эта злая и жестокая хандра — ностальгия. Смотрю, а далеко в небесах наши белые медведи так красиво среди облаков летят. Таким знакомым, родным, практически патриотическим клином. Вот тогда я и понял, что пора-пора завязывать с этой русской чудной водкой и переходить на другие спиртовые напитки. А иначе, эх!!!
А эти белые медведи, представляете! Только грустно взглянули на меня и скрылись в этих совершенно голубых нетрадиционных небесах. Наверняка и несомненно полетев к нашим исконно-лазурным и даже беспредельно-синим.
— Товарищ Штирлиц, хватит пить, нести чушь и всякой ерундой заниматься. Мы, конечно, всё понимаем, но отпуск пока невозможен, и вообще эфирное время не для этого. Вы по нашему делу информацию собрали!?

Счастье — это когда тебя хоть иногда понимают. Отдают, представьте, всё и всё время при этом улыбаясь.
Но правда в том, что потом всё равно мерзавцы догоняют и ногами, ногами, представьте себе, очень больно пинают.

Для наблюдателя любая авария всего лишь миг, дело нескольких секунд, а для участника порой проносится целая жизнь.

Все думали, что будут жить почти что вечно, пока неожиданно «Титаник» не погрузился в морскую бездну.

Наконец-то Европа уже совсем почти отказалась от российского газа и нефти. Исчезли практически все эти проклятые невидимые и недемократические флюиды безусловно агрессивной России. Да здравствует свобода от предположительного рабства от варварского путинского режима! Ещё, конечно, есть несознательные личности, которым всё равно, чей газ и чью нефть потреблять. Но недолго им осталось коптить небо благословенной Европы. Лучшие умы Европы и не только её, уже решают эту проблему. И тогда, решив её совсем и бесповоротно, появятся на месте Европы райские кущи. И всем будет очень, очень хорошо. Ведь зачем будущим покойникам тепло и свет?!

Почему сборная Украины не появилась на награждение на Паралимпиаде? Да всё просто: их уже всех забрали на фронт. Чтобы не успели потихоньку, притворяясь ветошью, раствориться в Европе. Такие здоровые инвалиды, по мнению нацистов, должны и обязаны только воевать.

Нашли на Украине для Иранской войны самого опытного и умного генерала. А он по дороге в поезде потерял все выданные очень секретные документы, а по приезде напился как свинья, разбил себе случайно лоб и челюсть. И в конечном итоге оказался в больнице.
Вот дураки! Ведь и ежу понятно, что надо было искать просто опытного, ну или кажущегося таким. И тогда, быть может, он и добрался бы когда-нибудь куда надо и, возможно даже, целым и, наверное, невредимым.

После московской пробки Апофигос.
Ой, поеду, я поеду, Ой, не знаю, но поеду.
Ух, по травке я поеду, Ух, по муравке я помчусь.
Ох, что-то давит на мозги Эти ваши все пути.
Может, направо я поеду, Может, и налево.
Ну а может, всех вас удивлю, Эх, Лю-люли.
Прямо с дури поверну, У-у-у.
Ой, поеду, я поеду, Даже если все колёса проколю,
Севши вдруг очень мягким местом на весёлую иглу, У-у-у.
Никуда я не сверну, У-у-у.
Эх, где-то заблудившись, может, в пробке навсегда я пропаду, У-у-у.
Так мне и надо. Там, поверьте, похуже будет, чем в аду. У-у-у.
Ох, будь она не ладна.
Ой, а я вот возьму, кстати, и с какой-то там энной трассы совсем с ума сойду.
У-у-у.
Всем назло и где-то в центре МКАДа
Покурю немного и язык свой всем собратьям по несчастью покажу. У-у-у.
С неприличным сопровождением и нервным срывом, в виде мата.
А потом
Ох поеду, ой поеду дальше.
Ой поеду, ох поеду куда надо.
По дороге, может, в дурку загляну.
А может, возьму и полечу! Буду гадом!
Ох держите меня, все весёлые санитары! Расскажите всё грустному врачу.
Ох, я теперь уже не знаю, что хочу.
У-у-у.
Паровозик чух-чух. Птичка чик-чирик.
Ох, скорей беги мужик!
Слишком тесен нынче мир и тротуар для нас двоих.
Ой поеду, я поеду через тернии и метро.
И заодно бабку страшную какую-то, с клюшкой на капоте прокачу. У-у-у.
А потом кого найду! Подвезу. У-у-у.
Бабу с коромыслом и с ведром,
Чуть не разбила мне стекло, вот зараза!
Деда, вроде, с пулемётом иль ружьём.
Гад пальнул в меня два раза!
Ух, трижды сплюну через левое плечо.
И одной рукой забинтую рану. У-у-у.
Ох и дикий здесь народ. Вот гляди теперь в два глаза!
Ох, чего-то мне опять нехорошо.
Слишком стало горячо и противно пахнет.
Значит, скорость маловата, так добавим ещё газу!
Ой поеду, я поеду!

Для того чтобы умилостивить величайшего из великих, непревзойдённого никем ещё господина нашего Трампа и заодно уж отвратить его почти божественную ярость, непременно следует наконец-то наградить его как минимум двумя Нобелевскими премиями мира, да и остальные отдать тоже не грех. А также попутно вручить «Оскара», «Эмми», «Нику», «Пальмовую ветвь», «Пурпурное сердце» и т. д. Наград много, а Земля одна, её жалко!

Лучше быть здоровым и тупым, чем весёлым и худым! Долой Кельвина и Фаренгейта, да здравствует Градусы и Цельсия!

Товарищ, верь! Взойдет она!
Звезда невиданного счастья.
Взойдет и...
И снова сгинет навсегда.
Всё возвращается, как говорится, на круги своя.
Вот такая у нас беда, товарищ!

Крепче сжимай, гражданин, в своих мозолистых руках, как в тисках, наган или парабеллум.
Ведь завтра точно будет лучше, чем вчера, поверь, братан! Нууу, в целом!
Как верно то, что это всё начертано пламенем чёрным на снеге безупречно белом.

Говорят, что англичане — это холодный, умный и даже расчётливый народ.
- Всё врут, там такая только одна королева. С виду вполне такая умная, расчётливая. И уже, увы, совсем, совсем холодная.

Ну с весной! Поехали! 💐🌺🏵️🌼
Ах, зачем, зачем пришла весна, мука бесконечная.
Ах, зачем, зачем цветёт она, такая вся беспечная.
Ах, зачем, зачем лишила меня сна, женщина прекрасная.
Ах, зачем, зачем свела с ума, ты моя натура страстная.

Не смолкают соловьи весною опьянённые.
И страдают от любви люди окрылённые.
Эх, до чего же хорошо, если вы влюблённые.
Ходим вместе до зари, словно опьянённые.

Заиграла вдалеке музыка знакомая.
И смотрю, шагаешь ты, вся такая скромная.
Проходя, не смотришь на меня, ишь какая важная!
А я же тебя всё равно люблю, дура ты несчастная! Ах, зачем, зачем...

Драма. Брак по расчёту. Акт 1.
Мочалка гордая была.
Она могла, она могла.
Могла летать, могла играть.
Могла творить, могла лежать.
Всё было у неё, всё ей дано.
Весь мир открыт:
Курорт, и город, и село.
Любые деньги и лучшее вино.
Но, Боже мой!
Неотвратимый рок её низверг, как ангела с небес.
Акт 2.
И вот! Развод.
Теперь её удел — лишь мокрый пол.
Лишь грязь и нищета.
Теперь Она должна!
Должна терпеть, должна страдать.
Должна тереть и горевать.
И удавиться ей, уж кажется, не грех.
Что это за жизнь такая!
Надоело это всё и опостылело.
Но её опять, опять и снова макают в нечистоты, поднимая изредка и в свет.
И кажется потом, опять на дно всё время отпускают.
И надышаться не дают, и утопиться всё мешают!

Если не можешь стать царём горы,
стань хотя бы королём выгребной ямы.
И тогда тебя наконец-то, такого всего креативного, непременно заметят.

Всем шутникам посвящается! Батл.
Акт 1. Представление.
Как-то вот вышли на арену смешные мимы и клоуны.
Хохотали, дразнили и шутили забавно так, эти мимы и клоуны.
И нёсся этот звонкий смех на все четыре стороны.
А на них сверху, из зрительных рядов, смотрели их вороги,
Кровожадно-равнодушные и очень лютые палачи-вороги.
А все другие говорили им, что если руки и ноги им дороги, то промолчите, не шутите, уж слишком эти зрители строгие.
Но только почему-то не слушали их эти смешные глупые мимы и клоуны.
Веселились и смеялись они безрассудно, но всё равно такие прикольные.
Запускали шары проказники разноцветные, а заодно строили рожицы палачам очень скверные.
Акт 2. Последствие.
Но всё заканчивается рано или поздно.
Вот и завершилось и это чудесное представление.
А палачи-зрители почему-то не захлопали. Этокое неуважение.
Лишь топоры свои острые достали, страшно скрежеща зубами подлые.
Тут и налетели вороги, полетели на пол чьи-то с бубенцами головы.
Вот тогда палачи жутко засмеялись и захлопали, экие они всё-таки сволочи.
Вот тогда и погрустнели наши весёлые мимы и клоуны.
Почуяли бедолаги, что скоро уж точно будут похороны.
Но не все они сразу обосрались, некоторые ещё как-то странно улыбались, хихикали и смеялись.
А палачи рубили, душили и издевались. Они же душегубы, с них станется.
Акт 3.
Завершающий.
Вот и всё, кажется, кончились мимы и клоуны.
А палачи? А палачи, отчего-то забрызгавшись кровью подозрительной, с ума окончательно и вовремя сошли.
Увезли их связанными, прежде отняв топоры, санитары и врачи. Те, кто приехал в ярко-рыжих париках на странном игрушечном паровозике. А ещё у них вроде бы были огромные ботинки и красные носики.
И это замечательно! Фенито. Конец.

Пенсионерка В. недавно наконец-то осознала и всё поняла. А потому взяла да и подала иск в суд на правительство, судьбу и в целом зловредную медицину. В котором гневно и сурово заявила, что до прививки от коронавируса была весьма красива, талантлива, здорова и даже, безусловно, молода. А теперь уже, увы, совсем не так! Ответ, затаив дыхание, ожидает вся страна.

Он так увлекся готовкой праздничного ужина, что, изредка пробуя его, съел всё сам. Расстроившись из-за этого, он допил и всё спиртное. Поздравил себя с Восьмым марта, а заодно, на всякий случай, и с днём рождения. И тут же на столе, удобно расположившись, с чистой совестью лёг спать.

Суфражистки всех стран, объединяйтесь! Долой Восьмое марта! Как символ бесконечности всех наших женских разочарований! Да здравствуют девятое, десятое, ну и так далее. А лучше: «Пусть вечно будет этот праздник!»
А подарки!? Парфюмерию, бижутерию, кулинарию и цветы дарят лишь плебеи. А вы, все настоящие богатыри и джентльмены, нескромно так дарите, все звёзды и Миры!

Собрались как-то вместе Бузова, Собчак и Долина. Так у Сатаны на балу началось «Лебединое озеро».

Ева — это лучшее, что было в жизни у Адама. А Бог!? А Бог его выгнал за это из рая!

Дамы! С Восьмым марта!
В честь этого
исполняется впервые мною песенка-поэма.
Заткнитесь, соловьи и цикады, Умолкните, свирели и фанфары.
Я лучше девушкам сам спою.
Всё в этом мире без ваших улыбок —
чушь и ерунда.
И все непременно точно знают, что лучший мой «подарочек» — это Я.

Так что цените, конечно, милые дамы, ну и заодно какие-то там ни есть господа.
Вашего любимого Пафнутия Бурвидуса!

Скабрёзная. Ретро.
В каждой женщине есть какая-то загадка:
Какие под юбкой трусы и есть ли в лифчике вата?

Как просто определить, кто перед вами, к примеру, кореец или японец!? Всё очень просто, нужно ударить по ноге. Если ругается по-японски, значит, японец, а если по-корейски, то точно говорю, кореец. Но а если по-русски матерится, дело плохо, тут уже национальность поздно выяснять, нужно просто быстрее бежать.

Сварил как-то дед золотую рыбку. Плачет бабка, плачет внучка, рыдает кошка, рыдает Жучка. А дед зловредный, назло всем, жутко хохочет, показывая им в беззубом рте язык. Хороша ведь получилась уха!
И только мышка, молча скрепя зубами, с привычным тиком и вприпрыжку. Упорно, потихоньку катит куда-то честно спёртое золотое яичко. С утра, узнав о пропаже этой (потенциальной яичницы или возможного омлета), и вовсе все сойдут с ума. А мышка, сменив свой имидж, снова станет крысой и скроется за границей, ей родину менять не привыкать.

Частушка русско-народная.
Эх, говори Москва, разговаривай Россия.
Вся жизнь — это вечный поиск,
Вопрос о смысле бытия.
Лишь в бушующей, пролитой крови рождаются правдивые ответы.
На грани жизни и смерти.
Пока безудержно вращаются планеты.
И горит над безрассудной, порой корчующейся в агонии земною твердью, уставшая давно звезда.
Вот такая беда!
Ну и приплыли, а начиналось ведь так хорошо, приветливо.
А кончилось как всегда.
Крючок на потолке, хозяйственное мыло и петля.

Патетически пафосная «Эпическая ярость» под воздействием неопределимых и неодолимых обстоятельств, потихоньку и неизбежно превращается в необычный мировой конфуз.
А сопровождает его, страдая, по-видимому, от безделья и скуки, помимо тьмы ракет и беспилотников, обычная еврейско-американская грусть.
Хоть дури много, но крови ещё слишком мало, в том числе и на слуху. А потому, они обязаны продолжать, превращать и тут, весь бедный мир в труху.