Рассказчик: Mghost
26.03.2026, Свежие анекдоты - основной выпуск
Один мальчик очень любил читать антиутопии.
Однажды он написал письмо и положил его в конверт с надписью "Автору лучшей антиутопии в мире".
Почтальон, когда увидел письмо с таким адресом, задумался — как же отправить его? И решил послать его Олдосу Хаксли, ведь "О, дивный новый мир", по его мнению, был лучшей антиутопией из прочитанных.
Хаксли, когда получил письмо, был удивлён. "Нет, это точно кто–то ошибся адресом. Ведь всем известно, что лучшую антиутопию написал Джордж Оруэлл! Спасибо ему за "1984"!", — и Хаксли отправил письмо Оруэллу.
Оруэлл тоже не стал открывать письмо: "Явно чья–то глупая шутка. Все ведь знают, что автором лучшей антиутопии был Евгений Замятин — "Мы" ещё никто не превзошёл!" И отправил письмо мальчика Замятину.
Евгений Замятин, увидев подпись на конверте, тоже не открыл его. "Это слишком высокая оценка моего скромного творчества. Письмо нужно отправить Айн Рэнд. Её книга "Атлант расправил плечи" — настоящий шедевр!" Так письмо отправилось к Айн Рэнд.
Айн Рэнд, получив письмо и увидев надпись на конверте, тут же жадно разорвала его и стала читать. Письмо начиналось словами:
"Здравствуйте, дорогой Николай Носов!"
Однажды он написал письмо и положил его в конверт с надписью "Автору лучшей антиутопии в мире".
Почтальон, когда увидел письмо с таким адресом, задумался — как же отправить его? И решил послать его Олдосу Хаксли, ведь "О, дивный новый мир", по его мнению, был лучшей антиутопией из прочитанных.
Хаксли, когда получил письмо, был удивлён. "Нет, это точно кто–то ошибся адресом. Ведь всем известно, что лучшую антиутопию написал Джордж Оруэлл! Спасибо ему за "1984"!", — и Хаксли отправил письмо Оруэллу.
Оруэлл тоже не стал открывать письмо: "Явно чья–то глупая шутка. Все ведь знают, что автором лучшей антиутопии был Евгений Замятин — "Мы" ещё никто не превзошёл!" И отправил письмо мальчика Замятину.
Евгений Замятин, увидев подпись на конверте, тоже не открыл его. "Это слишком высокая оценка моего скромного творчества. Письмо нужно отправить Айн Рэнд. Её книга "Атлант расправил плечи" — настоящий шедевр!" Так письмо отправилось к Айн Рэнд.
Айн Рэнд, получив письмо и увидев надпись на конверте, тут же жадно разорвала его и стала читать. Письмо начиналось словами:
"Здравствуйте, дорогой Николай Носов!"
28.09.2025, Новые истории - основной выпуск
Представьте себе страну, которую еще совсем недавно называли одной из самых криминальных точек на планете. Туристам туда лучше было не соваться, так как риск оказаться жертвой ограбления или чего похуже был слишком велик. Но прошло всего несколько лет, и та же страна вошла в список самых безопасных в мире, куда уже спокойно отправляются путешественники.
Решающий перелом случился буквально за три года, и произошел он так стремительно, что весь мир до сих пор обсуждает этот феномен. Подпишитесь на канал "Формула удивления". Ставьте лайк статье. Это нужно для канала. Спасибо и продолжаем. Начнем с того, как именно все изменилось.
Никакого мяса, рыбы и птицы
Для большинства из нас нормальный рацион немыслим без рыбы, мяса или хотя бы птицы. Но представьте, что вы лишены всего этого пожизненно. День за днем на вашей тарелке только рис, макароны и кукурузная лепешка, напоминающая лаваш.
Ни кусочка белка, ни витаминов. Просто однообразная еда, от которой организм медленно слабеет. Именно так сейчас питаются десятки тысяч преступников в Сальвадоре, и это не случайность, а часть новой тюремной политики. На фото ежедневный пожизненный рацион.
CECOT это настоящий город-тюрьма, построенный из огромных металлических ангаров. Внутри камеры, куда набивают сотни заключенных. Кровати из железа, по четыре яруса, всего два туалета в виде дырок без стен на сотню человек, постоянный свет, который не гаснет даже ночью.
Раз в неделю есть короткая прогулка по коридору длиной всего десять метров. И всё. Для многих это навсегда: отсюда не выходят.
Короткая прогулка по коридору и обратно в камеры
Когда журналистов впервые впустили внутрь, они увидели то, что теперь регулярно показывают по телевидению во всем мире: полуголые молодые мужчины, сплошь покрытые татуировками, сидят в тесных рядах, с пустыми глазами, у которых впереди нет ни малейшей надежды на свободу.
Еще недавно Сальвадор был страной, куда лучше не приезжать даже транзитом. Грабежи, убийства, бесчинства банд и всё это было нормой. Но после 2019 года началась эпоха президента Найиба Букеле. Он принял решение, которое одни называют гениальным, а другие – жестоким.
Он взял под контроль все тюрьмы страны и построил новую, самую большую во всей Америке. Туда отправили 40 тысяч человек – самых опасных и беспощадных. И, как он сам подчеркнул, они никогда не выйдут наружу.
Самое жуткое в том, что искать этих людей даже не приходилось. Члены двух главных банд сами рекламировали свои преступления. Они наносили татуировки, где отмечали количество убитых.
Чтобы попасть в группировку, иногда нужно было убить собственного родственника – такое было правило посвящения. Это звучит как дикий вымысел, но это подтверждают сами бывшие бандиты в интервью, которое записали журналисты.
Так что полицейским оставалось только ловить тех, кто добровольно расписал свое тело татушками, как визитную карточку.
Побег невозможен
Никакой надежды на побег. За каждой группой охранников следят другие охранники, за ними еще одна служба, а сверху над ними военные. Все понимают: любое нарушение или попытка взятки немедленно станет достоянием мировой прессы.
Даже охраннику, решившему закрыть глаза за деньги, грозит то же самое место в этих камерах. Система выстроена так, что сбежать невозможно.
Результат этой политики ошеломил мир. С 2019 по 2023 годы уровень убийств и других тяжких преступлений сократился в пятьдесят раз. Для Сальвадора это настоящая революция. Люди впервые за десятилетия начали спокойно выходить на улицу, а туристы стали приезжать в страну. Президент Букеле превратился в национального героя, хотя методы его работы и вызвали жаркие дискуссии.
Ни единого зерна риса
Разумеется, у банд остались связи на воле. Оттуда регулярно звучат угрозы в адрес властей. Но однажды президент выступил по телевидению и сказал: "Если хотя бы один честный гражданин пострадает, заключенные не получат даже зерна риса!!!". Это прозвучало как приговор, и с тех пор угрозы заметно поутихли.
Правозащитники критикуют подход: мол, не все люди с татуировками действительно виновны. Но в условиях, когда страна десятилетиями задыхалась от террора, правительство выбрало радикальное решение.
Сальвадор сегодня это пример того, как можно переломить судьбу государства всего за три года. Да, метод жесткий, бесчеловечный, без мяса, без рыбы, без надежды. Но именно он вернул жителям безопасность, а стране шанс на развитие. А как думаете вы? Это оправдано или слишком жестоко?
Решающий перелом случился буквально за три года, и произошел он так стремительно, что весь мир до сих пор обсуждает этот феномен. Подпишитесь на канал "Формула удивления". Ставьте лайк статье. Это нужно для канала. Спасибо и продолжаем. Начнем с того, как именно все изменилось.
Никакого мяса, рыбы и птицы
Для большинства из нас нормальный рацион немыслим без рыбы, мяса или хотя бы птицы. Но представьте, что вы лишены всего этого пожизненно. День за днем на вашей тарелке только рис, макароны и кукурузная лепешка, напоминающая лаваш.
Ни кусочка белка, ни витаминов. Просто однообразная еда, от которой организм медленно слабеет. Именно так сейчас питаются десятки тысяч преступников в Сальвадоре, и это не случайность, а часть новой тюремной политики. На фото ежедневный пожизненный рацион.
CECOT это настоящий город-тюрьма, построенный из огромных металлических ангаров. Внутри камеры, куда набивают сотни заключенных. Кровати из железа, по четыре яруса, всего два туалета в виде дырок без стен на сотню человек, постоянный свет, который не гаснет даже ночью.
Раз в неделю есть короткая прогулка по коридору длиной всего десять метров. И всё. Для многих это навсегда: отсюда не выходят.
Короткая прогулка по коридору и обратно в камеры
Когда журналистов впервые впустили внутрь, они увидели то, что теперь регулярно показывают по телевидению во всем мире: полуголые молодые мужчины, сплошь покрытые татуировками, сидят в тесных рядах, с пустыми глазами, у которых впереди нет ни малейшей надежды на свободу.
Еще недавно Сальвадор был страной, куда лучше не приезжать даже транзитом. Грабежи, убийства, бесчинства банд и всё это было нормой. Но после 2019 года началась эпоха президента Найиба Букеле. Он принял решение, которое одни называют гениальным, а другие – жестоким.
Он взял под контроль все тюрьмы страны и построил новую, самую большую во всей Америке. Туда отправили 40 тысяч человек – самых опасных и беспощадных. И, как он сам подчеркнул, они никогда не выйдут наружу.
Самое жуткое в том, что искать этих людей даже не приходилось. Члены двух главных банд сами рекламировали свои преступления. Они наносили татуировки, где отмечали количество убитых.
Чтобы попасть в группировку, иногда нужно было убить собственного родственника – такое было правило посвящения. Это звучит как дикий вымысел, но это подтверждают сами бывшие бандиты в интервью, которое записали журналисты.
Так что полицейским оставалось только ловить тех, кто добровольно расписал свое тело татушками, как визитную карточку.
Побег невозможен
Никакой надежды на побег. За каждой группой охранников следят другие охранники, за ними еще одна служба, а сверху над ними военные. Все понимают: любое нарушение или попытка взятки немедленно станет достоянием мировой прессы.
Даже охраннику, решившему закрыть глаза за деньги, грозит то же самое место в этих камерах. Система выстроена так, что сбежать невозможно.
Результат этой политики ошеломил мир. С 2019 по 2023 годы уровень убийств и других тяжких преступлений сократился в пятьдесят раз. Для Сальвадора это настоящая революция. Люди впервые за десятилетия начали спокойно выходить на улицу, а туристы стали приезжать в страну. Президент Букеле превратился в национального героя, хотя методы его работы и вызвали жаркие дискуссии.
Ни единого зерна риса
Разумеется, у банд остались связи на воле. Оттуда регулярно звучат угрозы в адрес властей. Но однажды президент выступил по телевидению и сказал: "Если хотя бы один честный гражданин пострадает, заключенные не получат даже зерна риса!!!". Это прозвучало как приговор, и с тех пор угрозы заметно поутихли.
Правозащитники критикуют подход: мол, не все люди с татуировками действительно виновны. Но в условиях, когда страна десятилетиями задыхалась от террора, правительство выбрало радикальное решение.
Сальвадор сегодня это пример того, как можно переломить судьбу государства всего за три года. Да, метод жесткий, бесчеловечный, без мяса, без рыбы, без надежды. Но именно он вернул жителям безопасность, а стране шанс на развитие. А как думаете вы? Это оправдано или слишком жестоко?
23.06.2025, Новые истории - основной выпуск
Знакомьтесь: Джордж Блейк. Британский разведчик, который умудрился:
— Родиться в Роттердаме в семье голландки и египтянина;
— После смерти отца попасть к богатым родственникам в Египет, а потом — учиться в Британии, где впервые посмотрел в сторону коммунизма;
— Во время Второй мировой попасть в немецкий лагерь, выйти оттуда в 17 лет (слишком молодой), вступить в сопротивление и через Францию, Испанию и Гибралтар добраться до Британии;
— Пойти в Королевский флот и попасть в MI6;
— По окончании войны работать в британской дипмиссии в Сеуле, где его захватывают северокорейцы. Там он вдохновляется коммунистической пропагандой и предлагает свои услуги КГБ;
— В 1953 году вернуться домой как герой (!) и снова попасть в MI6 — на этот раз с заданием вербовать двойных агентов в Берлине. Вместо этого сливает всё советской стороне и сдает десятки западных агентов;
— В 1961 году его наконец ловят и дают 42 года тюрьмы. Через 5 лет он сбегает — с помощью товарищей, через окно, по веревке из простыней (серьёзно), и в фургоне пересекает границу с ГДР;
— В СССР его встречают как легенду. Он живёт в Москве, пишет мемуары, получает пенсию и доживает до 98 лет.
Да по нему сериал можно снимать. А лучше — сразу трилогию.
— Родиться в Роттердаме в семье голландки и египтянина;
— После смерти отца попасть к богатым родственникам в Египет, а потом — учиться в Британии, где впервые посмотрел в сторону коммунизма;
— Во время Второй мировой попасть в немецкий лагерь, выйти оттуда в 17 лет (слишком молодой), вступить в сопротивление и через Францию, Испанию и Гибралтар добраться до Британии;
— Пойти в Королевский флот и попасть в MI6;
— По окончании войны работать в британской дипмиссии в Сеуле, где его захватывают северокорейцы. Там он вдохновляется коммунистической пропагандой и предлагает свои услуги КГБ;
— В 1953 году вернуться домой как герой (!) и снова попасть в MI6 — на этот раз с заданием вербовать двойных агентов в Берлине. Вместо этого сливает всё советской стороне и сдает десятки западных агентов;
— В 1961 году его наконец ловят и дают 42 года тюрьмы. Через 5 лет он сбегает — с помощью товарищей, через окно, по веревке из простыней (серьёзно), и в фургоне пересекает границу с ГДР;
— В СССР его встречают как легенду. Он живёт в Москве, пишет мемуары, получает пенсию и доживает до 98 лет.
Да по нему сериал можно снимать. А лучше — сразу трилогию.
26.05.2026, Новые истории - основной выпуск
Почему первый и второй пилоты всегда в полете едят разную еду?
3 февраля 1975 года. «Боинг» 747, Japan Air Lines, летит из Токио в Париж через Анкоридж. 344 пассажира, обычный рейс.
После Анкориджа раздали завтрак. В передней части салона — омлеты с ветчиной. Стандартная бортовая еда, ничего подозрительного.
Через час начался ад.
Одному плохо, второму, десятому. Через двадцать минут в проходах очереди в туалеты, людей тошнит, кого-то скручивает прямо в кресле, бортпроводники носятся с пакетами. Туалетов на 747-м больше десяти штук — не хватало.
Сели в Копенгагене — от трапа увезли 142 человека на скорых. Всего слегло 196 из 344. Больше половины борта.
Самое массовое пищевое отравление в истории авиации.
Пилоты при этом чувствовали себя отлично. Им просто повезло.
Разобрались быстро. Омлеты готовили в кейтеринге в Анкоридже. Один из поваров нарезал ветчину с гнойными ранками на руках. Заклеил пластырем, вышел на смену.
Из ранок в ветчину попал золотистый стафилококк. Дальше готовые омлеты простояли при комнатной температуре 14 часов, потом их засунули в холодильник на 10 градусов. Бактерия размножилась и наделала токсина. А стафилококковый токсин термостабильный разогревом его не убьёшь.
Этот повар сделал 220 порций. Из тех, кто съел его омлеты, заболели 86%.
А у пилотов внутренние часы были на аляскинском времени, и когда пассажирам раздавали завтрак, пилотам хотелось ужинать. Взяли стейки. Просто не было настроения на омлет, это их спасло.
Никакого правила «есть разную еду» тогда не было. Чистое везение.
Менеджер кейтеринга JAL, 52-летний Кэндзи Кувабара, узнав, что произошло, покончил с собой.
Откуда взялось правило
Расследование вёл аляскинский эпидемиолог Маки Айзенберг. Он потом опубликовал статью в The Lancet и предложил элементарную вещь: пусть командир и второй пилот едят разные блюда. Если одно отравлено — второй здоров и сажает машину.
Japan Air Lines внедрили первыми, остальные подтянулись.
Прикол в том, что FAA — американский авиарегулятор до сих пор не сделала это обязательным требованием. Формально это внутренняя политика авиакомпаний. Но после 1975-го её приняли практически все.
Пудинг над Атлантикой
Через семь лет случилось ровно то, чего боялись.
Август 1982, рейс из Бостона в Лиссабон. В экипаже десять человек. Восемь съели тапиоковый пудинг — включая командира, второго пилота и бортинженера. То есть всех, кто управляет самолётом.
Через несколько часов все восемь лежат. Рвота, спазмы, работать невозможно.
Кто за штурвалом? Второй пилот, который просто не захотел сладкого.
Опять повезло.
Как это работает на практике
Для экипажа на борт грузят отдельное меню — crew meals. Несколько вариантов. Командир берёт одно, я другое. Где-то командиру дают блюдо из первого класса, второму пилоту — из бизнеса. Есть негласная штука: нормальный командир даёт второму выбрать первым.
Бортпроводников это не касается — их много, если один выпадет, остальные вытянут. С нами другая математика: нас двое.
Многие ребята вообще не трогают бортовую еду. Берут контейнер из дома. Сам готовил, знаешь что внутри, никаких сюрпризов. Я тоже так делаю, когда есть возможность.
Суши, сырая рыба, устрицы — перед рейсом лучше не надо. Отравление моллюсками накрывает через 4-6 часов. Если в этот момент ты на эшелоне, а до ближайшей полосы полчаса — ну, сами понимаете.
«Аэроплан!»
Кстати, помните комедию «Аэроплан!» 1980 года?
Почему пилоты едят разную еду?
Там оба пилота и полсалона травятся рыбой, а самолёт сажает мужик с трясущимися руками.
Так вот, фильм вышел за два года до случая с пудингом. Сценаристы пародировали старый фильм «Нулевой час!» 1957 года, где тоже пилоты выходят из строя из-за еды. Голливуд дважды обыграл этот сюжет как абсурд. А оно дважды произошло в реальности.
В общем, в авиации вообще полно таких штук. Простые правила, которые можно объяснить за полминуты, а за каждым конкретная история.
3 февраля 1975 года. «Боинг» 747, Japan Air Lines, летит из Токио в Париж через Анкоридж. 344 пассажира, обычный рейс.
После Анкориджа раздали завтрак. В передней части салона — омлеты с ветчиной. Стандартная бортовая еда, ничего подозрительного.
Через час начался ад.
Одному плохо, второму, десятому. Через двадцать минут в проходах очереди в туалеты, людей тошнит, кого-то скручивает прямо в кресле, бортпроводники носятся с пакетами. Туалетов на 747-м больше десяти штук — не хватало.
Сели в Копенгагене — от трапа увезли 142 человека на скорых. Всего слегло 196 из 344. Больше половины борта.
Самое массовое пищевое отравление в истории авиации.
Пилоты при этом чувствовали себя отлично. Им просто повезло.
Разобрались быстро. Омлеты готовили в кейтеринге в Анкоридже. Один из поваров нарезал ветчину с гнойными ранками на руках. Заклеил пластырем, вышел на смену.
Из ранок в ветчину попал золотистый стафилококк. Дальше готовые омлеты простояли при комнатной температуре 14 часов, потом их засунули в холодильник на 10 градусов. Бактерия размножилась и наделала токсина. А стафилококковый токсин термостабильный разогревом его не убьёшь.
Этот повар сделал 220 порций. Из тех, кто съел его омлеты, заболели 86%.
А у пилотов внутренние часы были на аляскинском времени, и когда пассажирам раздавали завтрак, пилотам хотелось ужинать. Взяли стейки. Просто не было настроения на омлет, это их спасло.
Никакого правила «есть разную еду» тогда не было. Чистое везение.
Менеджер кейтеринга JAL, 52-летний Кэндзи Кувабара, узнав, что произошло, покончил с собой.
Откуда взялось правило
Расследование вёл аляскинский эпидемиолог Маки Айзенберг. Он потом опубликовал статью в The Lancet и предложил элементарную вещь: пусть командир и второй пилот едят разные блюда. Если одно отравлено — второй здоров и сажает машину.
Japan Air Lines внедрили первыми, остальные подтянулись.
Прикол в том, что FAA — американский авиарегулятор до сих пор не сделала это обязательным требованием. Формально это внутренняя политика авиакомпаний. Но после 1975-го её приняли практически все.
Пудинг над Атлантикой
Через семь лет случилось ровно то, чего боялись.
Август 1982, рейс из Бостона в Лиссабон. В экипаже десять человек. Восемь съели тапиоковый пудинг — включая командира, второго пилота и бортинженера. То есть всех, кто управляет самолётом.
Через несколько часов все восемь лежат. Рвота, спазмы, работать невозможно.
Кто за штурвалом? Второй пилот, который просто не захотел сладкого.
Опять повезло.
Как это работает на практике
Для экипажа на борт грузят отдельное меню — crew meals. Несколько вариантов. Командир берёт одно, я другое. Где-то командиру дают блюдо из первого класса, второму пилоту — из бизнеса. Есть негласная штука: нормальный командир даёт второму выбрать первым.
Бортпроводников это не касается — их много, если один выпадет, остальные вытянут. С нами другая математика: нас двое.
Многие ребята вообще не трогают бортовую еду. Берут контейнер из дома. Сам готовил, знаешь что внутри, никаких сюрпризов. Я тоже так делаю, когда есть возможность.
Суши, сырая рыба, устрицы — перед рейсом лучше не надо. Отравление моллюсками накрывает через 4-6 часов. Если в этот момент ты на эшелоне, а до ближайшей полосы полчаса — ну, сами понимаете.
«Аэроплан!»
Кстати, помните комедию «Аэроплан!» 1980 года?
Почему пилоты едят разную еду?
Там оба пилота и полсалона травятся рыбой, а самолёт сажает мужик с трясущимися руками.
Так вот, фильм вышел за два года до случая с пудингом. Сценаристы пародировали старый фильм «Нулевой час!» 1957 года, где тоже пилоты выходят из строя из-за еды. Голливуд дважды обыграл этот сюжет как абсурд. А оно дважды произошло в реальности.
В общем, в авиации вообще полно таких штук. Простые правила, которые можно объяснить за полминуты, а за каждым конкретная история.
31.10.2020, Свежие анекдоты - основной выпуск
Сидят Иа и Пятачок на лавочке около берлоги Винни-Пуха, и Пятачок спрашивает ослика:
- Иа, а что, собственно, значит - Иа?
И Иа, грустно вздохнув, отвечает наглой свинье:
- Иосиф Аронович...
- Иа, а что, собственно, значит - Иа?
И Иа, грустно вздохнув, отвечает наглой свинье:
- Иосиф Аронович...
30.11.2025, Новые истории - основной выпуск
Диванные мстители против Долиной
Мы не можем поменять судебную систему, не можем вернуть деньги гражданке Лурье.
Мы не можем восстановить справедливость, ведь справедливость сегодня стала товаром в руках так называемых статусных людей .
Но мы можем стать диванными мстителями, армией добра, и в интернете системно позорить старуху Кудельман. Это не останется не замеченным, если каждый приложит одно маленькое диванное усилие, в меру своих возможностей. Нет, денег никуда отсылать не надо, ̶и̶х̶ ̶п̶р̶и̶с̶в̶о̶и̶т̶ ̶с̶т̶а̶р̶у̶х̶а̶ ̶К̶у̶д̶е̶л̶ь̶м̶а̶н̶.
Кто-то сумеет с помощью нейросетей сделать новые видеоклипы с̶т̶а̶р̶у̶х̶и̶ ̶К̶у̶д̶е̶л̶ь̶м̶а̶н̶ Ларисы Долиной, на мотив ее песен, клипы, наполненные самыми отвратительными смыслами.
Кто-то сумеет в фотошопе преобразить крысу Ларису так, чтобы далеко не светлый образ ее навсегда отпечатался в мыслях людей.
Важно не забывать.
Важно действовать.
Подобно китайской пытке, когда капля за каплей без остановки капает на голову узника.
Ответ на ее действия должен быть.
Люди не должны оставаться без квартир и без денег.
Нужно, чтобы другие понимали: ты можешь спеть сто песен, обладать джазовым вокалом, собирать стадионы, но стоит тебе ОДИН РАЗ обмануть честного человека, общество запомнит тебя как последнюю мошенницу и сольёт твою репутацию в городскую канализацию.
Убей своим постом старуху Кудельман !
Мы не можем поменять судебную систему, не можем вернуть деньги гражданке Лурье.
Мы не можем восстановить справедливость, ведь справедливость сегодня стала товаром в руках так называемых статусных людей .
Но мы можем стать диванными мстителями, армией добра, и в интернете системно позорить старуху Кудельман. Это не останется не замеченным, если каждый приложит одно маленькое диванное усилие, в меру своих возможностей. Нет, денег никуда отсылать не надо, ̶и̶х̶ ̶п̶р̶и̶с̶в̶о̶и̶т̶ ̶с̶т̶а̶р̶у̶х̶а̶ ̶К̶у̶д̶е̶л̶ь̶м̶а̶н̶.
Кто-то сумеет с помощью нейросетей сделать новые видеоклипы с̶т̶а̶р̶у̶х̶и̶ ̶К̶у̶д̶е̶л̶ь̶м̶а̶н̶ Ларисы Долиной, на мотив ее песен, клипы, наполненные самыми отвратительными смыслами.
Кто-то сумеет в фотошопе преобразить крысу Ларису так, чтобы далеко не светлый образ ее навсегда отпечатался в мыслях людей.
Важно не забывать.
Важно действовать.
Подобно китайской пытке, когда капля за каплей без остановки капает на голову узника.
Ответ на ее действия должен быть.
Люди не должны оставаться без квартир и без денег.
Нужно, чтобы другие понимали: ты можешь спеть сто песен, обладать джазовым вокалом, собирать стадионы, но стоит тебе ОДИН РАЗ обмануть честного человека, общество запомнит тебя как последнюю мошенницу и сольёт твою репутацию в городскую канализацию.
Убей своим постом старуху Кудельман !
09.04.2026, Новые истории - основной выпуск
Вчера российский сегмент интернета получил редкий пример коллективного вызова власти. Один пользователь сформулировал вопрос в духе логических парадоксов Жака Фреско и адресовал его напрямую Роскомнадзору. Загадка мгновенно разошлась по тысячам каналов и пабликов: её репостили, обсуждали, превращали в мемы и открыто требовали от Роскомнадзора публичного ответа.
Точный текст вопроса звучит так: «Если разблокировать YouTube и Телеграм и заблокировать VK и MAX, то сколько человек скачает VPN, чтобы смотреть VK Видео и читать MAX?»
Этот простой мысленный эксперимент обнажил фундаментальное противоречие современной цифровой политики России. Роскомнадзор годами позиционирует себя как всевидящее око, способное в реальном времени отслеживать миллиарды сообщений и блокировать неугодные ресурсы. Именно под этим флагом идёт многолетняя кампания по ограничению Telegram — блокировка, которая, несмотря на все технические усилия, остаётся символом бессилия перед массовым сопротивлением россиян, которые не позволяют загнать себя в стойло. При этом регулятор демонстративно не замечает вопрос, который задают миллионы пользователей.
Суть парадокса не в технике, а в логике. Если государство действительно считает, что блокировка защищает «цифровой суверенитет», то почему смена объектов блокировки якобы меняет поведение граждан? Ответ очевиден без официального комментария: люди скачивают VPN не потому, что сервис иностранный или отечественный, а потому, что хотят свободного доступа к информации. Платформа становится вторичной. Важно лишь желание потребителя. Именно поэтому миллионы россиян уже сейчас обходят любые запреты — независимо от того, что именно пытаются закрыть.
Молчание Роскомнадзора в этом случае красноречивее любого ответа. Оно показывает, что регулятор готов тратить огромные ресурсы на борьбу с конкретными мессенджерами, но не готов вступать в публичную дискуссию о смысле самой стратегии. Вместо диалога — игнор. Вместо анализа эффективности — новые инициативы по «зачистке» сети. Такая позиция лишь усиливает ощущение абсурда: государство, которое объявляет себя хозяином цифрового пространства, внезапно «не видит» самого массового и мирного вопроса от своих граждан.
В конечном итоге эта история — не про одну загадку. Это зеркало, в котором отражается вся современная модель контроля интернета в России. Она построена на убеждении, что можно избирательно душить трафик и при этом сохранять лояльность аудитории. Реальность же показывает обратное: каждый новый запрет только расширяет рынок обхода блокировок, повышает цифровую грамотность населения и укрепляет недоверие к официальным нарративам. Вопрос Фреско стал лакмусовой бумажкой, которая выявила главное: в цифровую эпоху запретить можно только то, что людям не особо нужно. Всё остальное они всё равно найдут способ получить. И никакое «всевидящее око» этого факта уже не спрячет.
Точный текст вопроса звучит так: «Если разблокировать YouTube и Телеграм и заблокировать VK и MAX, то сколько человек скачает VPN, чтобы смотреть VK Видео и читать MAX?»
Этот простой мысленный эксперимент обнажил фундаментальное противоречие современной цифровой политики России. Роскомнадзор годами позиционирует себя как всевидящее око, способное в реальном времени отслеживать миллиарды сообщений и блокировать неугодные ресурсы. Именно под этим флагом идёт многолетняя кампания по ограничению Telegram — блокировка, которая, несмотря на все технические усилия, остаётся символом бессилия перед массовым сопротивлением россиян, которые не позволяют загнать себя в стойло. При этом регулятор демонстративно не замечает вопрос, который задают миллионы пользователей.
Суть парадокса не в технике, а в логике. Если государство действительно считает, что блокировка защищает «цифровой суверенитет», то почему смена объектов блокировки якобы меняет поведение граждан? Ответ очевиден без официального комментария: люди скачивают VPN не потому, что сервис иностранный или отечественный, а потому, что хотят свободного доступа к информации. Платформа становится вторичной. Важно лишь желание потребителя. Именно поэтому миллионы россиян уже сейчас обходят любые запреты — независимо от того, что именно пытаются закрыть.
Молчание Роскомнадзора в этом случае красноречивее любого ответа. Оно показывает, что регулятор готов тратить огромные ресурсы на борьбу с конкретными мессенджерами, но не готов вступать в публичную дискуссию о смысле самой стратегии. Вместо диалога — игнор. Вместо анализа эффективности — новые инициативы по «зачистке» сети. Такая позиция лишь усиливает ощущение абсурда: государство, которое объявляет себя хозяином цифрового пространства, внезапно «не видит» самого массового и мирного вопроса от своих граждан.
В конечном итоге эта история — не про одну загадку. Это зеркало, в котором отражается вся современная модель контроля интернета в России. Она построена на убеждении, что можно избирательно душить трафик и при этом сохранять лояльность аудитории. Реальность же показывает обратное: каждый новый запрет только расширяет рынок обхода блокировок, повышает цифровую грамотность населения и укрепляет недоверие к официальным нарративам. Вопрос Фреско стал лакмусовой бумажкой, которая выявила главное: в цифровую эпоху запретить можно только то, что людям не особо нужно. Всё остальное они всё равно найдут способ получить. И никакое «всевидящее око» этого факта уже не спрячет.
28.04.2026, Новые истории - основной выпуск
"На каждую хитрую жопу найдётся хер с винтом".
Говорят, теперь нельзя писать в объявлении, что сдаешь квартиру только славянам?
Но ведь на любые ограничения достаточно лишь чуточку фантазии, небольших затрат на поиск необходимых деталей интерьера сдаваемой квартиры, и драконовских мер в договоре по поводу любого изменения дизайна жилья.
И вуаля - квартира интересует только вашу целевую аудиторию
И заметьте - главное, никакой дискриминации в объявлении!
Говорят, теперь нельзя писать в объявлении, что сдаешь квартиру только славянам?
Но ведь на любые ограничения достаточно лишь чуточку фантазии, небольших затрат на поиск необходимых деталей интерьера сдаваемой квартиры, и драконовских мер в договоре по поводу любого изменения дизайна жилья.
И вуаля - квартира интересует только вашу целевую аудиторию
И заметьте - главное, никакой дискриминации в объявлении!
15.09.2022, Новые истории - основной выпуск
Про тракторы и свинство
В апреле этого года несколько десятков полевых комбайнов фирмы John Deere были [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ] из Мелитополя в Чечню. О перемещении своей продукции (на сумму свыше $5 млн) фирма узнала через датчики и... удалённо заблокировала программное обеспечение. Теперь оборудование пригодно в лучшем случае на запчасти, либо потребует сложное айти-колдунство запуска и разблокировки. На Западе новость об этом вызвала сначала восторг, а затем пiдрыв.
Дело в том, что, усмехнувшись от мысли о кибербуллинге чеченцев, обыватель задался сакраментальными вопросами. Зачем после продажи своей техники John Deere продолжает отслеживать её? И для чего в ней вообще функция, позволяющая дистанционное отключение? Выяснилось много интересного.
Знакомьтесь, корпорация John Deere - американский титан агропрома, производящий 30% сельскохозяйственного оборудования и 20% строительной техники. Вообще всего, в мировом масштабе. Видели может бульдозеры с лычками Cat[erpillar], Bobcat или Volvo? Это лишь некоторые бренды John Deere. Заложенная в 1837 году, фирма начинала с плугов и молотилок, и за неполных двести лет пробилась на самую верхушку пищевой цепочки. Её продукция пользуется спросом в США, ЕС, Бразилии, Индии... и, с недавних пор, в Чечне.
Отследить конкретные украинские комбайны позволила система GPS, установленная на них в рамках концепта "precision agriculture" - "точное земледелие". Устройства John Deere замеряют влажность почвы, плотность грунта и прочие параметры особыми датчиками, а также фиксируют своё положение в пространстве с сантиметровой точностью. Это даёт в руки фермерам точные данные об их угодьях и позволяет эффективно планировать посевы... но откуда эта информация у John Deere?
Как выяснилось, фирма накапливает эти данные примерно с той же целью, что и её клиенты - для уточнения прогнозов. Но в большем масштабе. Имея эксклюзивный доступ к характеристикам полей по всему миру, компания продаёт эту информацию инвесторам товарной биржи - которые платят миллиарды долларов за возможность грамотно затариться фьючерсами на зерно, кукурузу и пр.. Фермеры с данных мероприятий ни цента не получают - на них буквально ездят, создавая добавочную прибыль из самого факта эксплуатации ими продукта.
Окей, как фирма знает местонахождение тракторов после их продажи мы выяснили. Но отключать их зачем? Оказалось, что блок изначально задуман не для воров, а для покупателей.
Вот например есть у нас фермер из Техаса, купивший трактор. В ходе эксплуатации, агрегат ломается. Что делает фермер? Он берёт болгарку, сварку, цыгарку и шаманит с повреждённым узлом, приводя в рабочее состояние. Он может попросить сыну-корзину запаять контакт или перезагрузить бортовой компьютер, на крайняк - может снять аналогичную деталь с другого трактора и привесить на свой. Все эти манипуляции у него пройдут успешно... разве что трактор произвела John Deere. В этом (весьма вероятном) случае операционная система трактора зажжот красные глаза аки Терминатор и, заметив любое нештатное изменение любой системы, заблокируется. Не оставляя нашему фермеру выбора, кроме как позвонить в техподдержку и призвать фирменного инженера, который разблокирует ПО и починит технику. За пару десятков тысяч долларов и по своему плотному графику.
Разумеется, после второй-третьей поломки наш фермер этого инженера маму в кино водил - и захотел сменить трактор-лохотрон на нормальный. Но есть нюанс: фермеры производят сырьё, то есть работают на рынок с почти идеальной конкуренцией. Идеальной не в смысле хорошей, а в смысле без тормозов - пшеница из США, Индии и Швеции идентична, поэтому в условиях глобального рынка каждый фермер соперничает со всеми своими коллегами на земном шарике. Рынок диктует фермеру цену, а не наоборот - это не позволяет ни резко повысить расходы, ни снизить объёмы выпуска продукции. То есть ни резко, ни постепенно обновить тракторный парк без существенных потерь не выйдет. Усугубляет ситуацию то, что в некоторых странах - например в США - John Deere имеет фактическую монополию в своём классе качества, альтернативы уступают по эффективности и, таким образом, приносят убытки. Итс э трап.
Вишенка на торте - аниме-кроссовер John Deere с другими монополиями, достигаемая через ту же блокировку-разблокировку. Например, в США некоторые сеялки снизойдут посеять твоё зерно лишь в том случае, если ты закупил его у компании Monsanto - к партиям семян прилагается код активации ПО. А к другим производителям, соответственно, не прилагается.
Представляете какой хай поднялся, когда это всплыло? За последние годы прошла серия судов с John Deere, на которых ответчик, что называется, выдавал базу. Особенно запомнились публике три пассажа в пользу подобного подхода.
Во-первых, "фермерам нельзя доверять ремонт тракторов, потому что они их сломают". Nuff said.
Во-вторых, "это вообще не их тракторы". Да, они платят за них сотни зелёных косарей, но ПО в них лицензионное - а значит они их просто арендуют, собственником остаётся John Deere, а вносить изменения в конструкцию не позволяет авторское право. Конструкция тракторов это интеллектуальная собственность инженеров компании, так что трогать их нельзя аки произведения искусства.
Столь гротескные выпады против частной собственности вызвали шторм негодования. В числе прочих, возмутился Вилли Кейд, электротехник и правнук легендарного инженера компании с 158 патентами на фюзеляже. Он указал, что издавна изобретатели John Deere - в том числе его даровитый предок - черпали вдохновение в местечковом тюнинге фермеров. Иронично, но раньше компания посылала инженеров в поездки по стране для изучения способов эксплуатации и кустарного ремонта. А сейчас этот же бренд говорит, что продукт её "авторского права" даже законные владельцы не могут трогать - отец-основатель Джон Дир в гробу должен вращаться!
Ах да, аргументов было три. Третий: "через сертифицированное ПО John Deere защищает фермеров от кибер-атак на их устройства". И если он вам кажется не таким смешным, как первые два - вдохните поглубже.
Собсна, новость-спонсор этого поста: 14 августа австралиец под ником Sick.Codes крякнул, не вспотев, фирменный терминал трактора, после чего запустил на нём игру DOOM с модом на ферму. Кроме этой забавной фичи, кодер указал на целый ряд критических уязвимостей в системах John Deere. К примеру, взломав лишь один дисплей, можно легко и непринуждённо извлечь данные всех фермеров в регионе - имена, адреса, товары и показания их датчиков. Тем временем в John Deere свято верят, что их ПО безупречно. CVE - реестр известных критических уязвимостей - получил ровно 0 уведомлений от компании.
Всё вышеозначенное заставляет задуматься. Компания толщиной с небольшое государство пашет (простите) на критическом для всего мира продовольственном секторе, невозбранно извлекая нерыночные прибыли из кибер-многоходовок. Пострадали миллионы фермеров, права человека, здравый смысл и свободная конкуренция - и это детский лепет по сравнению с рисками, которые создаёт такая ситуация. Хакерская атака или шантаж руководства фирмы любого могут поставить в положение чеченского мародёра; это, а также банальная забастовка уставших пахарей, может создать угрозу голода - даже в странах, где уже забыли что это такое.
Запуск игры на тракторе наглядно показал, что у зумеров есть все шансы познать соху - и проблема получила повышенное внимание. В США власти уже заставили компанию расширить возможности по самостоятельному ремонту и продолжают давить, а ЕС и некоторые американские штаты разрабатывают законы неотъемлимом праве на ремонт техники. Впрочем, прогресс остаётся скромным: экстра-доходные мувы типа упомянутых фьючерсных торгов не позволяют антимонопольщикам потеснить John Deere с пьедестала, в т. ч. в силу несовершенства законодательства. Кроме того, тенденция с ограничением функций просачивается в другие отрасли - многие слышали про BMW с "платным" кондиционером, аналоги есть даже среди медицинского оборудования.
Так что, будут ли наши дети платить за пользование тем, что уже купили - зависит от современных юристов. Или хакеров.
В апреле этого года несколько десятков полевых комбайнов фирмы John Deere были [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ] из Мелитополя в Чечню. О перемещении своей продукции (на сумму свыше $5 млн) фирма узнала через датчики и... удалённо заблокировала программное обеспечение. Теперь оборудование пригодно в лучшем случае на запчасти, либо потребует сложное айти-колдунство запуска и разблокировки. На Западе новость об этом вызвала сначала восторг, а затем пiдрыв.
Дело в том, что, усмехнувшись от мысли о кибербуллинге чеченцев, обыватель задался сакраментальными вопросами. Зачем после продажи своей техники John Deere продолжает отслеживать её? И для чего в ней вообще функция, позволяющая дистанционное отключение? Выяснилось много интересного.
Знакомьтесь, корпорация John Deere - американский титан агропрома, производящий 30% сельскохозяйственного оборудования и 20% строительной техники. Вообще всего, в мировом масштабе. Видели может бульдозеры с лычками Cat[erpillar], Bobcat или Volvo? Это лишь некоторые бренды John Deere. Заложенная в 1837 году, фирма начинала с плугов и молотилок, и за неполных двести лет пробилась на самую верхушку пищевой цепочки. Её продукция пользуется спросом в США, ЕС, Бразилии, Индии... и, с недавних пор, в Чечне.
Отследить конкретные украинские комбайны позволила система GPS, установленная на них в рамках концепта "precision agriculture" - "точное земледелие". Устройства John Deere замеряют влажность почвы, плотность грунта и прочие параметры особыми датчиками, а также фиксируют своё положение в пространстве с сантиметровой точностью. Это даёт в руки фермерам точные данные об их угодьях и позволяет эффективно планировать посевы... но откуда эта информация у John Deere?
Как выяснилось, фирма накапливает эти данные примерно с той же целью, что и её клиенты - для уточнения прогнозов. Но в большем масштабе. Имея эксклюзивный доступ к характеристикам полей по всему миру, компания продаёт эту информацию инвесторам товарной биржи - которые платят миллиарды долларов за возможность грамотно затариться фьючерсами на зерно, кукурузу и пр.. Фермеры с данных мероприятий ни цента не получают - на них буквально ездят, создавая добавочную прибыль из самого факта эксплуатации ими продукта.
Окей, как фирма знает местонахождение тракторов после их продажи мы выяснили. Но отключать их зачем? Оказалось, что блок изначально задуман не для воров, а для покупателей.
Вот например есть у нас фермер из Техаса, купивший трактор. В ходе эксплуатации, агрегат ломается. Что делает фермер? Он берёт болгарку, сварку, цыгарку и шаманит с повреждённым узлом, приводя в рабочее состояние. Он может попросить сыну-корзину запаять контакт или перезагрузить бортовой компьютер, на крайняк - может снять аналогичную деталь с другого трактора и привесить на свой. Все эти манипуляции у него пройдут успешно... разве что трактор произвела John Deere. В этом (весьма вероятном) случае операционная система трактора зажжот красные глаза аки Терминатор и, заметив любое нештатное изменение любой системы, заблокируется. Не оставляя нашему фермеру выбора, кроме как позвонить в техподдержку и призвать фирменного инженера, который разблокирует ПО и починит технику. За пару десятков тысяч долларов и по своему плотному графику.
Разумеется, после второй-третьей поломки наш фермер этого инженера маму в кино водил - и захотел сменить трактор-лохотрон на нормальный. Но есть нюанс: фермеры производят сырьё, то есть работают на рынок с почти идеальной конкуренцией. Идеальной не в смысле хорошей, а в смысле без тормозов - пшеница из США, Индии и Швеции идентична, поэтому в условиях глобального рынка каждый фермер соперничает со всеми своими коллегами на земном шарике. Рынок диктует фермеру цену, а не наоборот - это не позволяет ни резко повысить расходы, ни снизить объёмы выпуска продукции. То есть ни резко, ни постепенно обновить тракторный парк без существенных потерь не выйдет. Усугубляет ситуацию то, что в некоторых странах - например в США - John Deere имеет фактическую монополию в своём классе качества, альтернативы уступают по эффективности и, таким образом, приносят убытки. Итс э трап.
Вишенка на торте - аниме-кроссовер John Deere с другими монополиями, достигаемая через ту же блокировку-разблокировку. Например, в США некоторые сеялки снизойдут посеять твоё зерно лишь в том случае, если ты закупил его у компании Monsanto - к партиям семян прилагается код активации ПО. А к другим производителям, соответственно, не прилагается.
Представляете какой хай поднялся, когда это всплыло? За последние годы прошла серия судов с John Deere, на которых ответчик, что называется, выдавал базу. Особенно запомнились публике три пассажа в пользу подобного подхода.
Во-первых, "фермерам нельзя доверять ремонт тракторов, потому что они их сломают". Nuff said.
Во-вторых, "это вообще не их тракторы". Да, они платят за них сотни зелёных косарей, но ПО в них лицензионное - а значит они их просто арендуют, собственником остаётся John Deere, а вносить изменения в конструкцию не позволяет авторское право. Конструкция тракторов это интеллектуальная собственность инженеров компании, так что трогать их нельзя аки произведения искусства.
Столь гротескные выпады против частной собственности вызвали шторм негодования. В числе прочих, возмутился Вилли Кейд, электротехник и правнук легендарного инженера компании с 158 патентами на фюзеляже. Он указал, что издавна изобретатели John Deere - в том числе его даровитый предок - черпали вдохновение в местечковом тюнинге фермеров. Иронично, но раньше компания посылала инженеров в поездки по стране для изучения способов эксплуатации и кустарного ремонта. А сейчас этот же бренд говорит, что продукт её "авторского права" даже законные владельцы не могут трогать - отец-основатель Джон Дир в гробу должен вращаться!
Ах да, аргументов было три. Третий: "через сертифицированное ПО John Deere защищает фермеров от кибер-атак на их устройства". И если он вам кажется не таким смешным, как первые два - вдохните поглубже.
Собсна, новость-спонсор этого поста: 14 августа австралиец под ником Sick.Codes крякнул, не вспотев, фирменный терминал трактора, после чего запустил на нём игру DOOM с модом на ферму. Кроме этой забавной фичи, кодер указал на целый ряд критических уязвимостей в системах John Deere. К примеру, взломав лишь один дисплей, можно легко и непринуждённо извлечь данные всех фермеров в регионе - имена, адреса, товары и показания их датчиков. Тем временем в John Deere свято верят, что их ПО безупречно. CVE - реестр известных критических уязвимостей - получил ровно 0 уведомлений от компании.
Всё вышеозначенное заставляет задуматься. Компания толщиной с небольшое государство пашет (простите) на критическом для всего мира продовольственном секторе, невозбранно извлекая нерыночные прибыли из кибер-многоходовок. Пострадали миллионы фермеров, права человека, здравый смысл и свободная конкуренция - и это детский лепет по сравнению с рисками, которые создаёт такая ситуация. Хакерская атака или шантаж руководства фирмы любого могут поставить в положение чеченского мародёра; это, а также банальная забастовка уставших пахарей, может создать угрозу голода - даже в странах, где уже забыли что это такое.
Запуск игры на тракторе наглядно показал, что у зумеров есть все шансы познать соху - и проблема получила повышенное внимание. В США власти уже заставили компанию расширить возможности по самостоятельному ремонту и продолжают давить, а ЕС и некоторые американские штаты разрабатывают законы неотъемлимом праве на ремонт техники. Впрочем, прогресс остаётся скромным: экстра-доходные мувы типа упомянутых фьючерсных торгов не позволяют антимонопольщикам потеснить John Deere с пьедестала, в т. ч. в силу несовершенства законодательства. Кроме того, тенденция с ограничением функций просачивается в другие отрасли - многие слышали про BMW с "платным" кондиционером, аналоги есть даже среди медицинского оборудования.
Так что, будут ли наши дети платить за пользование тем, что уже купили - зависит от современных юристов. Или хакеров.
Mghost (10458)